Почетный репортер Korea.net Диана Маратова из Казахстана.

Около 7,5 млн этнических корейцев живут за пределами Корейского полуострова. Их дети и внуки растут в Соединенных Штатах, Германии, Казахстане, Бразилии, Австралии и др. У них корейская внешность и корейские фамилии, но говорят они на разных языках, имеют разные культурные привычки и ведут разный образ жизни. В июле 2026 года пятеро молодых людей рассказали, что для них значит быть корейцами, выросшими за пределами Кореи.

Программа OKFriends, организованная Overseas Koreans Agency при поддержке Министерства иностранных дел Республики Корея, каждый год собирает в Корее молодых представителей корейской диаспоры из разных стран. Одна из целей программы – дать этим ребятам возможность познакомиться со своими сверстниками корейского происхождения из разных стран.

Во время программы участникам из разных стран были заданы одинаковые вопросы, касающиеся того, как они ощущают свою корейскую идентичность, живя за пределами Кореи. Ниже представлены пять голосов из четырех стран.

Эшли (현서), 17 лет, Чили

Эшли родилась и выросла в Чили. Ее мама переехала туда в 18 лет со своей семьей. Позже ее отец приехал в страну по работе. Эшли – представительница латиноамериканской корейской диаспоры, которая насчитывает около 100 тыс. человек в разных странах континента.

Отвечая на вопрос о том, что для нее значит быть кореянкой, выросшей не в Корее, Эшли говорит:

«Иногда я чувствую себя счастливой. Но трудно быть связанной с обеими странами. Я не могу быть по-настоящему кореянкой и не могу быть по-настоящему чилийкой. Это самое трудное».

Дома Эшли говорит только по-корейски: родители воспитали ее в корейских традициях. Тем не менее чувство «двойной идентичности» она описывает как постоянное.

«Когда я в Корее, я скучаю по Чили. Когда я в Чили, я скучаю по Корее. Я никогда не буду полностью счастлива в одном месте».

В ближайшие годы Эшли планирует поступить в корейский университет и продолжить обучение в Корее.

Филип (형석), 17 лет, США

Филип живет в США. Его родители переехали туда ради работы и учебы в университете. Корейская диаспора в США насчитывает около 1,9 млн человек – это одна из крупнейших этнических корейских общин за пределами Азии.

Отвечая на вопрос о корейском блюде, которое напоминает ему о доме, Филип назвал миёккук: «Это было мамино фирменное блюдо. Просто положить рис в миёккук и есть его – это возвращает меня в детство».

О своей идентичности Филип говорит: «Хотел бы, чтобы я родился в Корее. Мой корейский мог бы быть лучше. Но я рад тому, где я живу».

В его школе почти нет других корейских детей, поэтому корейского сообщества как такового он не ощущает. Также в младших классах он посещал корейскую школу, чтобы лучше овладеть корейским языком.

Через десять лет Филип видит себя, скорее всего, в Корее. «Это один из моих главных приоритетов».

Чанён (창연), 17 лет, Бразилия

Чанён приехал в лагерь из Бразилии, где сегодня живет около 50 тыс. этнических корейцев. Это крупнейшая корейская диаспора в Латинской Америке, сформировавшаяся в результате волны сельскохозяйственной миграции 1960-х годов. На все вопросы Чанён отвечал на корейском языке. Он рассказывает: «Я родился за границей, но по крови я кореец. Мои корни – в Корее. Живя среди людей с другой внешностью и культурой, я не забываю, какие у меня корни, и одновременно познаю две культуры».

Когда речь зашла о будущем, ответ Чанёна показался мне весьма философским: «Честно говоря, неважно, где жить. Корея – хорошая страна, но я уже кореец. Где бы я ни был, я все равно останусь корейцем».

О чувстве двойной идентичности Чанён рассуждает как о неизбежном опыте диаспоры: «Через это проходит каждый диаспорный кореец. Ты не становишься полностью своим в стране, где живешь, но и в Корее не всегда чувствуешь себя своим.

Эта размытая идентичность проявляется в том, как ты дружишь, в музыкальных вкусах, во всем».


Ёна (연아), 17 лет, Казахстан

Ёна родилась в Корее, но с раннего детства живет в Казахстане. Она, как и вся ее семья, принадлежит к корё-сарам.

Каждые выходные Ёна посещает корейскую школу, где изучает корейский язык, историю и культуру. По ее словам, корейский – ее родной язык, на котором ей удобнее всего говорить.

О своей идентичности Ёна говорит уверенно: «Быть кореянкой – это не просто иметь корейское гражданство. Это значит быть связанной с корейским языком, культурой, историей и своей семьей. Хотя я никогда долго не жила в Корее, я считаю себя настоящей кореянкой».

Тем не менее Ёна признает, что чувство разрыва идентичности ей знакомо: «В Казахстане я казалась слишком кореянкой, а в Корее, наоборот, человеком, выросшим за границей. Иногда я даже задавалась вопросом: действительно ли я настоящая кореянка? Но со временем я поняла, что это нормально. Благодаря этому опыту я могу понимать и корейскую культуру, и культуру страны, в которой выросла».

Арсан (아르산), 16 лет, Казахстан

Семья Арсана представляет довольно распространенный для Казахстана пример межэтнической семьи. Его отец – кореец, потомок представителей общины корё-сарам, депортированных в Казахстан в 1937 году. Его мама – казашка. Арсан вырос на пересечении двух культур.

Арсан активно участвует в жизни корейского сообщества Казахстана: состоит в Молодежном движении корейцев, проводит мастер-классы, изучает историю своего рода Кёнджу Чхве, готовит традиционные блюда корё-сарам. Его любимое блюдо – кукси, которое мама готовила ему с детства.

Помимо кукси Арсан рассказал о других блюдах, характерных для кухни корё-сарам: морковча, камдича, миёк мучхим, пуктяй, сирягитямури. Многие из этих блюд в таком виде практически не встречаются в современной Корее: они сформировались в условиях диаспоры за десятилетия жизни в Центральной Азии.

Об идентичности Арсан говорит уверенно: «Для меня быть корейцем Казахстана – значит изучать язык, помнить историю своей семьи и ценить Казахстан как родину. Я вырос внутри обеих культур, и каждая из них сформировала меня. Это не разрыв, это моя особенность».

Свое будущее он связывает с созданием международных проектов между Казахстаном и Кореей.

Несмотря на разные страны и разные истории семей, в ответах пятерых участников OKFriends 2026 можно увидеть несколько общих тем.

Первая – тема двойной идентичности. Большинству участников знакомо чувство нахождения между двумя культурами, хотя каждый воспринимает его по-разному. Для одних это внутренний разрыв, для других – источник силы и уникальности.

Вторая – связь с корейским языком. Для всех участников корейский язык важен как способ сохранить связь с культурой. Кто-то говорит на нем как на родном, как Ёна, кто-то учил его в школе, как Филип, кто-то изучает его благодаря культурным организациям диаспоры, как Арсан. Но у всех отношение к языку осознанное.

Третья – желание связать будущее с Кореей. Некоторые участники планируют учиться или жить в Корее, другие хотят развивать связи между Кореей и странами, в которых выросли.

Несмотря на то, что мы все родились и выросли в разных странах, говорим на разных языках, живем в разных культурах, мы все испытываем схожие чувства и проходим похожий путь. Возможно, именно это общее чувство «двух миров» и есть то, что объединяет молодую корейскую диаспору по всему миру.

Значение таких разговоров

Молодые этнические корейцы, живущие за пределами Корейского полуострова, редко получают возможность встретиться друг с другом и обсудить свой опыт. Программы вроде OKFriends создают такие возможности. Разговоры, которые происходят между участниками, показывают, что, несмотря на очень разные семейные истории и разный опыт взросления, молодые корейцы диаспоры разделяют многие общие переживания.

Истории Эшли из Чили, Филипа из США, Чанёна из Бразилии, Ёны и Арсана из Казахстана – лишь малая часть большого разговора, который ведет молодая корейская диаспора по всему миру.


aisylu@korea.kr

* Данная статья была написана Почетным репортером Korea.net. Наша группа Почетных репортеров со всего мира разделяет любовь ко всему, что связано с Кореей.