Премьерный показ постановки «Дядя Ваня». / Фото: Тома Гаврилова
Почетный репортер Korea.net Тома Гаврилова из
России.
Что может быть неожиданнее, чем увидеть на корейской сцене афишу спектакля «Ваня Самчхон» – именно так по-корейски звучит «Дядя Ваня». В мае пьеса Антона Павловича Чехова внезапно обрела в Сеуле новую популярность: всего за несколько дней в городе состоялись премьеры сразу двух постановок по одному из самых известных произведений русского классика.
Зрителей встречают баннеры с главными актерами спектакля «Дядя Ваня». / Фото: Тома Гаврилова
Реклама спектакля попалась мне совершенно случайно в социальных сетях. Я настолько удивилась тому, что в Корее ставят Чехова, что почти сразу перешла по ссылке и купила билет. Было слишком интересно увидеть, каким окажется «корейский Чехов» – или, как его произносят здесь, «Чэхопхы».
Режиссер Сон Сан Гю не стал переносить действие в современный Сеул или полностью переосмысливать сюжет. Чехов здесь остался Чеховым. Сюжет сохранен почти без изменений: русская провинция, усталые люди, чувство упущенной жизни. Однако язык и интонации стали заметно проще и ближе современному зрителю. Актеры не произносят реплики как музейную классику – они разговаривают естественно и живо. И дядя Ваня в исполнении Ли Со Чжина действительно напоминает современного корейского «самчхона» – немного уставшего, немного раздраженного родственника, который найдется почти в каждой семье.
Мне удалось попасть на премьерный показ, прошедший 7 мая в LG Arts Center Seoul. И первое, что бросилось в глаза еще до начала спектакля, – декорации, точнее, почти полное их отсутствие. Вместо русской усадьбы начала XX века зритель видит абстрактное пространство с минимальным количеством мебели и огромными дверными проемами. По словам режиссера, такая сцена должна подчеркивать чувство изоляции и тупика, в котором оказались герои. Но для меня эти гротескно большие двери стали еще и символом чеховского «маленького человека». На фоне огромного мира жизнь героев кажется почти незаметной и хрупкой. Этот визуальный дискомфорт только усиливает ощущение сочувствия к людям, которые потеряли время, мечты и самих себя.
Открывающая постановку декорация сцены. / Фото: Тома Гаврилова
Главное отличие классического Чехова от корейской постановки для меня проявилось именно в финале. Когда я читала пьесу раньше, голос Сони всегда звучал для меня твердо и убежденно. Она словно заставляла поверить, что жизнь продолжается и труд обязательно приведет к свету. В «Ваня Самчхон» слова остались теми же, что написал Чехов, но интонация полностью изменилась. Финальный монолог Сони в исполнении актрисы Го А Сон звучит почти шепотом. Это уже не торжественное обещание будущего счастья, а тихое утешение человека, который просто хочет успокоить другого.
Фраза «고생했다. 괜찮다.» – «Ты хорошо справился. Все в порядке», произнесенная спокойным и смиренным голосом, вызвала у меня ком в горле. Иногда вместо громких речей человеку действительно нужно только одно: чтобы кто-то признал его усталость и сказал, что он сделал все, что мог. Режиссер хотел, чтобы зритель ушел не с ощущением трагедии, а с чувством облегчения. Как отметил Сон Сан Гю, ему было важно показать, что даже если жизнь кажется неудавшейся, человек все равно заслуживает покоя, чашки чая и возможности просто посидеть в тишине.
Главная афиша спектакля «Дядя Ваня». / Фото: Тома Гаврилова
Если в классическом прочтении «Дяди Вани» акцент часто делают на социальных конфликтах, то корейская постановка больше говорит о психологическом выгорании. Астров здесь – не просто врач и идеалист, а современный человек, настолько уставший от ответственности и работы, что он больше не способен видеть красоту окружающего мира. Сам Ваня выглядит человеком, который всю жизнь «инвестировал» в чужую карьеру, а к пятидесяти годам понял, что его вложения ничего не стоят. Для современной Кореи с ее жесткой конкуренцией и культом успеха эта история звучит особенно болезненно и знакомо.
Несмотря на то, что для некоторых актеров постановка стала театральным дебютом, на сцене они чувствовали себя удивительно уверенно. Особенно органично в образе смотрелся Ли Со Джин: его фирменная ворчливость и сдержанная усталость сделали персонажа очень живым и настоящим.
Актерский состав спектакля «Дядя Ваня». / Фото: Тома Гаврилова
Спектакль «Дядя Ваня» можно увидеть в LG Arts Center Seoul до 31 мая. После показов 16 и 20 мая пройдут обсуждения с актерами и творческой командой.
aisylu@korea.kr
* Данная статья была написана Почетным репортером Korea.net. Наша группа Почетных репортеров со всего мира разделяет любовь ко всему, что связано с Кореей.